Карманные судьи и чиновники ФСБ: как уничтожить непокорный бизнес

Судебные акты, идущие вразрез с мнением законодателей, заключения чиновников, противоречащие их же решениям, — такие аномалии наблюдаются при рассмотрении уголовного дела тульского предпринимателя, вступившего в конфликт с ФСБ. В вину бизнесмену поставили работу по выданной Минприроды лицензии, миллиардный ущерб взяли с потолка, а меру пресечения продляют втайне от прессы и с нарушениями норм УПК. Заказчиками беззакония бизнесмен считает чекистов, которые по его словам, не гнушаются вымогательства денег и крышевания черного рынка добычи полезных ископаемых и торговли нефтепродуктами.

В начале июля в рубрику ПАСМИ “Сообщить о коррупции” обратился тульский предприниматель Валерий Гринцов, обвиняемый в незаконной добыче песка почти на миллиард рублей. Расследование дела ведет областное Управление федеральной службы безопасности, однако предприниматель уверен — его преследование сфабриковано с целью вымогательства денег.

Гринцов рассказал, что в региональном УФСБ ему предлагали заплатить пятьсот миллионов за закрытие дела, а такса за мягкую меру пресечения составила один миллион рублей. Финансовые предложения выдвигали начальник следственного отделения УФСБ по Тульской области Антон Сергеев и его заместитель Владимир Зайцев, которые и ведет дело. Условия передачи средств обсуждались при адвокатах, навязанных чекистами. Гринцов вел скрытую аудиозапись переговоров с юристами и предоставил ее для публикации.

Фрагмент аудиозаписи разговора бизнесмена Валерия Гринцова с адвокатами Еленой Гейкиной и Сергеем Мушкиным:

Е.Гейкина: Валерий Николаевич! Даже то же следствие сказало… Мы до этого говорили, что 5 миллионов перечислим для изменения меры пресечения… Мне сказали : “Лен, не дергайтесь пока. Пока договоренностей нету, сейчас эти деньги уйдут впустую, в воздух. И под подписку он не выйдет, и в качестве ущерба будет капля в море от этой суммы. Давайте сначала по-нормальному выйдем на какой-то итог и будем к нему двигаться.

С.Мушкин: Если мы выходим на цифру на такую. Есть 100 (миллионов), мы ее всю и закрываем. И тогда у нас вопрос заключается в следующем. Скажите нам пожалуйста… Мы подсчитали и разобрались. Изначально раздули скандал и сказали о том, что здесь миллиард… А на самом деле, когда посчитали и посмотрели все документы, то у Валерия Николаевича нет таких моментов. Все, что доказали, он все возместил.

Е.Гейкина: Начальник следствия говорит: “Ну что я могу сделать? и так и так стараемся. Ну жди, Лен, саи ждем. Если будет получено добро сверху, значит уже назад никто оглобли не повернет. И если опять придут опера и скажут: “А вот почему так?” Потому что так согласовали с руководством — пойдите у полковника спросите, если не побоитесь.

Чтобы разобраться в сути вопроса, корреспонденты ПАСМИ осмотрели тульские карьеры и сравнили обвинительное заключение с рассказом обвиняемого.

Налоговики против

Уголовное дело против руководителя компании «Жилёво» Валерия Гринцова по ст. 171 ч. 2 УК РФ «Незаконное предпринимательство» возбудили 12 сентября 2019 года. В постановлении о возбуждении дела говорится, что Гринцов с 2016 года добывал песок за границами участков на Жилевском месторождении в Веневском районе Тульской области, на разработку которых у него есть лицензия. А для придания законности “запредельным” объемам предприниматель, по данным следователя Зайцева, совершал фиктивные сделки по покупке песка. Данные сделки якобы проводились через подконтрольные Гринцову фирмы, имеющие признаки транзитных организаций.

Этому обвинению противоречит заключение судебной экспертизы, назначенной следователем Зайцевым 31 декабря 2019 года. Сотрудники Федеральной налоговой службы по Тульской области пришли к заключению, что сделки компании “Жилево” с контрагентами носят характер гражданских правоотношений по поставкам товаров и оказанию транспортных услуг, а подрядчики не имеют признаков транзитных организаций.

Эти выводы эксперты сделали на основании документов, изъятых во время внезапного обыска, который сотрудники ФСБ провели в офисе компании Валерия Гринцова.

Ручное министерство

По вопросу самовольной добыче песка судебная экспертиза не проводилась, по крайней мере, ни Гринцову, ни его адвокатам об этом ничего не известно. На сегодняшний день в уголовном деле имеется лишь письмо Министерства природных ресурсов и экологии Тульской области, в котором указывается размер вреда, который директор компании “Жилево” якобы причинил недрам. Он подсчитан после замеров, которые проводили представители регионального Минприроды природы в ходе совместного рейда с тульскими чекистами.

Они в курсе:

— глава УФСБ по Тульской области Дмитрий Гурдин

— прокурор Тульской области Роман Прасков

— председатель Тульского областного суда Игорь Хорошилов

Расчеты проводились по пяти участкам. Их кадастровые номера перечисляются в заключении, подписанном министром природных ресурсов и экологии Тульской области Юрием Панфиловым.

Однако, на трех из них добычу вела другая компания — ООО “Стройресурс”. И выработка там была завершена в 2014-м, то есть, за два года до начала деятельности “Жилево”. Эти факты подтвердились в ходе проверки, которую в 2014 году проводил прокурор Веневского района Олег Тимаков, в настоящее время занимающий пост главы надзора Центрального района Тулы.

Оставшиеся два участка из пяти включены в лицензию, выданную Гринцову министерством природы Тульской области, которое, напомним, и проводило расчет вреда недрам.

“Вред — это когда вы приходите, начинаете незаконно добывать, не имея лицензии. К моему счастью и к их сожалению, у нас есть лицензия и есть лицензионные участки, на которых мы работали. Я так понимаю, что нужно было просто какое-то громкое дело, или какая-то коррупционная составляющая здесь по-любому присутствует. Единственное, что я могу сказать – мы добывали обводненный песок, чего не подразумевает лицензия. Однако нарушение условий лицензии — не уголовное преступление. За такое предусмотрен административный штраф и дается время на устранение нарушений”, — объяснил Валерий Гринцов.

По мнению бизнесмена, именно ради резонансности его дела Минприроды и нарисовало размер ущерба в миллиард рублей, оценив весьма приблизительно объем карьера и не учитывая, что помимо песка там есть и другие ископаемые.

“Комиссия посчитала запасы на 16 метров вверх. А в некоторых местах нет и двух метров. Здесь вообще стоит стена глины, ее тоже посчитали”, — указал на ошибки в методике расчета Валерий Гринцов.

Также предприниматель обратил внимание на то, что заключение о нарушениях в работе компании “Жилево” в период с 2016 по 2019 годы готовила Ангелина Вертиева — именно та сотрудница тульского Минприроды, которая все это время проверяла деятельность фирмы и не фиксировала никаких замечаний.

“Она была здесь каждый год на проверке с замерами, а потом вдруг вред обнаружила. Но самое главное, — теперь она говорит, что на проверках ее не было. Я думаю, если ее проверить на полиграфе, выяснится, что она врет”, — заявил бизнесмен.

Непонятливый коммерсант

После того, как против него возбудили дело, владелец карьера начал наводить справки среди предпринимателей, занимающихся добычей ископаемых в Тульской области. Ему объяснили, что проблему надо было решать в финансовой плоскости.

“Я разговаривал с одним из недропользователей о моей ситуации. Он сказал, что я просто не понял ФСБ: “Они приезжали, чтобы денег получить с тебя, а ты начал жаловаться. А так бы ты с ними договорился и дальше бы спокойно работал”. Я так понимаю, некоторые люди так и работают, потому что за последний год проверки были только на предприятиях у меня и у моего сына. Мы видим, что ФСБ просто дает команду Министерству природных ресурсов приостанавливать деятельность”, — заметил Гринцов.

Сын Валерия Гринцова — Иван Гринцов — занимался добычей щебня на карьере Рассылкино, который также находится в Веневском районе Тульской области. В 2019 году у него работало около 80 человек, а сейчас остался один сторож.

“У нас была 50 тысяч – это минимальная зарплата, максимальная — 110 тысяч. В месяц мы платили 8 миллионов налогов с этого карьера. А теперь вот уже 9 месяцев карьер стоит. А щебень везут за 150 километров, потому что в районе нет качественного щебня. Для государства получается дороже, но интересы государства – не превыше всего для сотрудников ФСБ”, — поделился своими выводами Валерий Гринцов.

С сентября 2019-го, когда тульское ФСБ завело дело против предпринимателя, на карьер его сына обрушилась настоящая лавина проверок. В ноябре работа на предприятии Ивана Гринцова была остановлена на три месяца. Предписание вынесло региональное Минприроды. Причина — отсутствие на шлагбауме при въезде на территорию знака, ограничивающего скорость движения.

В феврале, когда ревизоры приехали проверять установку знака, они не позволили начать работу из-за замечаний к весам для техники, а в апреле сотрудники министерства предъявили претензии к оформлению земли на участках, граничащим с Рассылкино, объяснил Валерий Гринцов.

Работали на дизеле

“Можно проехать по другим карьерам, там гораздо более серьезные нарушения, чем у нас, но все работают. Я думаю, что это личная неприязнь сотрудников ФСБ. Мой друг общался с министром природных ресурсов Тульской области, и тот сказал, что в ФСБ ему дали команду закрыть Рассылкино, и он будет делать все, чтобы закрыть этот карьер. Принципиальная позиция ФСБ – не дать работать на тульской земле семье Гринцовых. Здесь законы и слова президента не работают. Здесь не нужны никому ни рабочие места, ни налоги. Тут амбиции какого-то чиновника могут перехлестнуть все, если дошло до того, что ФСБ ходит и уговаривает Министерство природных ресурсов, чтобы они забрали лицензию”, — рассказал журналистам тульский бизнесмен.

По словам Гринцова, в их регионе есть много примеров, когда сотрудники правоохранительных структур “не замечают” действительно незаконного бизнеса. Среди наиболее показательных примеров — торговля дизтопливом.

“У нас на каждом углу в Новомосковске торгуют незаконно дизельным топливом. Если цена на официальных заправках составляет порядка 46 рублей, то здесь цена 32. Это какое дизельное топливо может быть? Это или ворованное, или вообще просто то, что не подходит ни по каким экологическим нормам. У нас «крышует» это ФСБ. Что с такой крышей ни торговать?” — отметил Гринцов.

Предприниматель добавил, что тульские чекисты оказывают влияние и на суд. С марта 2020 года в качестве меры пресечения предпринимателю избрано ограничение определенных действий. Однако, по ходатайству Зайцева, эти ограничения, по сути, приравнены к домашнему аресту — Валерию Гринцову запрещено выходить из квартиры 24 часа в сутки.

Они должны быть в курсе:

— губернатор Тульской области Алексей Дюмин

— директор ФСБ Александр Бортников

— генпрокурор Игорь Краснов

Между тем, по мнению законодателей, мера пресечения в виде запрета определенных действий, является менее строгой, чем домашний арест, а значит, изоляцию в жилом помещении в период с нуля до 24 часов она предусматривать не может. Впрочем, это не мешает подчиненным и.о. председателя Центрального районного суда Тулы Евгения Новикова продлевать круглосуточное заточение предпринимателя в квартире.

Учите матчасть

Последнее заседание по этому вопросу судья Центрального районный суда Тулы Антонина Косых провела 10 июля, но усилиями тульских сотрудников ведомства Александра Бортникова аккредитованному на это заседание журналисту ПАСМИ там поприсутствовать не удалось. Причем, и в этом случае, чекистам не удалось обойтись без нарушений.

До начала процесса судья разрешила съемку судебного заседания. Затем начались странности — сначала суд отложили на два часа, после чего корреспонденту разрешили войти в зал. Но затем замначальника следственного отделения УФСБ по Тульской области Владимир Зайцев выступил с ходатайством о проведении процесса в закрытом режиме, и судья Косых его поддержала. В итоге, решение об очередном продлении завуалированного домашнего ареста было принято за закрытыми для прессы дверями.

Но на этом тульские чекисты не остановились и решили оказать психологическое давление на журналиста Первого антикоррупционного СМИ — сотрудники ФСБ вручили ему повестку о вызове на допрос. Правда, проигнорировав при нормы УПК.

Во-первых, повестка была составлена в тот же день, на который допрос был намечен, а не за три дня до него, как гласят нормы закона. Во-вторых, в повестке не был указан номер уголовного производства, в рамках которого будет проводиться допрос, что также противоречит Уголовно-процессуальному кодексу. Отсутствие этих данных позволяет считать повестку недействительной и дает вызываемому право отказаться от явки на допрос.

Но журналисту ПАСМИ воспользоваться этим правом не удалось — чекисты доставили его на допрос, оформив привод. Кроме того, корреспондента, сразу же отказавшегося давать показания в отсутствие адвоката, продержали на допросе два часа. Следователь ФСБ требовал от него подписку о неразглашении материалов предварительного следствия, которую сотрудник редакции дать отказался.

Источник: Pasmi.ru

Share

You may also like...